В статье «Заметки по истории алан» («Дарьял», №5, 2004) были рассмотрены в самом общем виде роль и значение народа алан(асов) в истории Европы. Мы коснулись также и одного из спорных моментов их прошлого - союза с племенами вандалов и свевов. В настоящей работе вопросы, связанные с существованием указанного союза, представлены под более широким углом зрения.

К 370-му году гунны вышли к берегам Дона и Кубани. Считается, что отступившие на запад под гуннским давлением аланы остановились где-то в районе Рейна и здесь договорились с местными племенами о совместных действиях, то есть образовали союз, но ответа на вопрос: кто был его инициатором, что привело к согласию между аланами, вандалами и свевами - нет. В 406 г., начав своё движение от Рейна на запад, уже соединённые силы алан, вандалов и свевов через три года, преодолев сопротивление гальских племён, завоевали значительную часть Иберийского полуострова. Захваченные ими земли были распределены между пришельцами следующим образом: аланы заселили Лузитанию (нынешняя Португалия) и земли Нового Карфагена (восточная часть Испании), а вандалы и свевы - соответственно восточную и западную Галисию (северо-запад Испании). В 428г., освоившись в Испании, аланы и вандалы предприняли успешный завоевательный поход в Северную Африку и образовали здесь известное Вандальское королевство. Обратим внимание на замечание Исидора Севильского: «Когда же вандалы перешли в Африку, Галисия осталась во владении одних только свевов».

Но почему причины указанного союза учёные считают непонятными? Казалось бы, ну что здесь непонятного: пришедшие с востока аланы поведали местным племенам о гуннской опасности и те, доверившись пришельцам, решили объединиться с ними для отпора завоевателям - действительно, такую задачу гораздо легче решать совместными усилиями, но объединённые силы направились, как оказалось, в совершенно противоположную от наступающего противника сторону с явной целью - найти новые места жительства. Непонятно и другое: почему вандалы и свевы встретили вторгшихся в их пределы аланов с распростёртыми объятиями - ведь свидетельств ни о больших, ни о малых столкновениях между «германцами» и совершенно отличными от них во всех отношениях аланами - нет. Кроме того, сведения о появлении аланов и сарматов на берегах Рейна относятся ко времени, ставящему под сомнение связь аланского здесь появления с приближением гуннов к местам их прежнего обитания. Известно, что римский император Аврелиан в 270г. «дал решительное сражение свевам и сарматам и одержал блестящую победу». Но если, не отступая от принятой точки зрения, считать свевов германцами, то мы снова возвращаемся к вопросу: что влекло друг к другу этнически разнородные племена и почему свевы объединялись с сарматами? Через два года, подавив восстание в Пальмире (Набатея), тот же Аврелиан устроил пышный триумф, на котором кроме многого прочего, демонстрирующего мощь римского оружия, присутствовали «восемьсот пар гладиаторов, не считая пленников из варварских племен, – блеммии, аксомиты, арабы из Счастливой Аравии, индийцы, бактрийцы, иберы, сарацины, персы, – все с произведениями своих стран; готы, аланы, роксоланы, сарматы, франки, свевы, вандалы, германцы со связанными руками как пленники». Аврелиан действительно был хорошим полководцем и всего за четыре года пребывания на императорском посту, очень много сделал и для возврата потерянных империей владений, и для укрепления её границ. Но где он воевал с аланами и роксоланами? Ведь до того времени, когда они под натиском гуннов отступили на запад и стали потенциальными врагами Рима, должно было пройти ещё почти 100 лет! При этом римляне каких-либо военных действий в указанный период на территориях, где проживали аланы, не вели, что достоверно известно, и напрашивающийся вывод один - на европейских восточных границах Римской империи аланы находились не позднее второй половины 3-го века.

В алано-вандальско-свевском союзе вандалы занимали, очевидно, главенствующую роль, судя по тому, что эти три народа упоминаются в истории под обобщающим именем вандалы. Да и королевство, образованное союзниками в северной Африке как продолжение европейских завоеваний, называлось вандальским, хотя его предводитель носил титул «rex Vandalorum et Alanorun» - «король вандалов и аланов». Большинство авторов, упоминающих свевов и вандалов, указывают, что эти племена принадлежали к германским, иногда уточняя: к восточно-германским, зарейнским (имея в виду восточный берег Рейна). Не будем злоупотреблять цитированием и приведём обобщающую точку зрения: «Вандалы - это германский народ, как сообщают Плиний, Светоний Транквилл и Корнелий Тацит, а жили они по реке Вандалу. Река эта названа по имени их царицы, добровольно утопившейся там в жертву богам за одержанную победу; теперь она называется Истулой и Вислой. Эта связь вандалов с Вислой легла в основу пространного труда «История двух Сарматий» польского историка Матвея Меховского, относившего вандалов и свевов к тому же этносу, что и поляков: «В тех местностях Великой Польши и Силезии лехиты, они же поляки, размножились, волей божьей весьма возросли числом и наполнили Вандалию, то есть Польшу, у реки Вандала, ныне именуемой Вислой, а также Померанию, Кассубию и всю область по Германскому морю, где ныне Марка, Любек и Росток, вплоть до Вестфалии. Они получили разные наименования, соответственно разным местам жительства. Те, что жили у реки Свевы (по-тевтонски Спре или Спревы), названы были Свевы. Другие близ них - от хижин и куч, которые на своем польском языке они зовут бруги (brogi), стали именоваться бургунды. Так и с прочими: древляне и травяне (drzewiane et trawiane) получили имя по обилию дерева и травы». Иными словами, по Меховскому, и свевы, и вандалы - суть потомки славян; с ним согласен и Прокопий, писавший о том, что германцы всегда считали свевов, вандалов и их союзников славянами. Однако версии славянского происхождения свевов и вандалов противоречат сведения многих источников - в частности, написавший в конце 8 в. «Историю лангобардов» Павел Диакон, сообщает о событиях полувековой для него давности: «вандалы, жившие в Скифской Скандинавии, когда размножились настолько, что земля их не могла вместить, решили уменьшить населенность уходом третьей части жителей... и действительно третья часть вандалов... ушла с острова…» Как видим, Павел Диакон далёк от возможного славянства вандалов и считает, что они пришли на Рейн из «Скифской Скандинавии», и называет её «островом», под которым мы понимаем нынешний Скандинавский полуостров. Вместе с тем имеются серьёзные основания сомневаться в том, что под «Скифской Скандинавией» должно разуметь североевропейские территории - известный русский историк Д.И. Иловайский, основываясь на анализе множества источников, высказал следующее соображение: «Но, по всей вероятности, это название (Скандинавия - А.Г.) перешло на север из более южных стран, точно так же, как и название Скифия, которое постепенно видоизменялось и иногда получало весьма широкое применение. В тесном смысле это была нынешняя Южная Россия, в обширном - пределы ее на севере простирались до берегов океана, на востоке терялись в степях Средней Азии. Впоследствии это имя, если не в чистом, то в видоизмененном виде, сохранилось за некоторыми странами и, преимущественно, за Скандинавией или Скандией. Мы позволяем себе следующую догадку: не отсюда ли происходит и то недоразумение, на котором основан столь распространенный в средние века обычай производить народы из туманной и едва известной Скандинавии? Если и можно назвать какую страну истинной, а не мнимой vagina gentium, так это древнюю Скифию в ее тесном смысле, то есть южную половину России с прилегающими к ней частью Дунайской равнины и Карпатской областью. Здесь, еще по известию Геродота, обитали столь многие народы. Отсюда они постепенно расселялись на север и на запад. Впоследствии, когда имя Скифии перенесено было на отдаленные берега Северного моря, с этими берегами смешались воспоминания о Скифии как о древнем отечестве, и летописцы начали эти воспоминания приурочивать преимущественно к Скандинавии». Такой подход объясняет многие сообщения источников, касательных истории Древней Европы, в том числе и знакомую нам информацию Павла Диакона, которая должна быть рассмотрена под углом зрения общим с «Сагой об Инглинах», в которой её автор, основываясь и на письменных источниках, и на устных преданиях, рассказал о том, что в начале нашей эры часть асов (аланов) во главе с вождём Одином переместилась из районов Северного Причерноморья на европейский север. Напомним начальную главу саги: «Круг земной, где живут люди, очень изрезан заливами. Из океана, окружающего землю, в нее врезаются большие моря. Известно, что море тянется от Нёрвасунда до самого Йорсалаланда. От этого моря отходит на север длинный залив, что зовется Черное море. Он разделяет трети света. К северу от Черного моря расположена Великая, или Холодная Швеция. Некоторые считают, что Великая Швеция не меньше Великой Страны Сарацин, а некоторые равняют ее с Великой Страной Черных Людей. Северная часть Швеции пустынна из-за мороза и холода, как южная часть Страны Черных Людей пустынна из-за солнечного зноя. В Швеции много больших областей. Там много также разных народов и языков. Там есть великаны и карлики, и черные люди, и много разных удивительных народов. Там есть также огромные звери и драконы. С севера, с гор, что за пределами заселенных мест, течет по Швеции река, правильное название которой Танаис. Она называлась раньше Танаквисль, или Ванаквисль. Она впадает в Черное море. Местность у ее устья называлась тогда Страной Ванов, или Жилищем Ванов. Эта река разделяет трети света. Та, что к востоку, называется Азией, а та, что к западу, - Европой. Страна в Азии к востоку от Танаквисля называется Страной Асов, или Жилищем Асов, а столица страны называлась Асгард. Правителем там был тот, кто звался Одином. Там было большое капище».

Жилище Ванов, как повествует сага, располагалось там, где: «С севера, с гор, что за пределами заселенных мест, течет по Швеции река, правильное название которой Танаис. Она называлась раньше Танаквисль или Ванаквисль. Она впадает в Черное море. Местность у ее устья называлась тогда Страной Ванов, или Жилищем Ванов. Эта река разделяет трети света. Та, что к востоку, называется Азией, а та, что к западу, - Европой». Вместе с тем, страной Ванов называлось и древнее царство Урарту, представлявшее собой интеграцию нескольких племенных объединений, самым большим из которых, судя по параллельному названию государства, были ваны. Очевидно, после разрушения в 6 в. до н.э. царства Урарту мидянами, оставшиеся ваны перешли в район нижнего течения Танаиса (Танаксвиль), который стал известен и как Ванаквисль (река Ванов). Но если «местность у устья Танаиса (Дона) называлась тогда Страной Ванов, или Жилищем Ванов», то получается, что Страна Ванов граничила со страной Асов, потому что именно в районе устья Дона располагался храм Асов (Азов). Вполне объяснимо, что первые контакты между пришельцами и коренными жителями были военными: «Один пошел войной против Ванов, но они не были застигнуты врасплох и защищали свою страну, и победа была то за Асами, то за Ванами. Они разоряли и опустошали страны друг друга», и здесь под «странами» следует понимать: Страна Ванов - "местность у устья Танаксвиля», Страна Асов - «Страна в Азии к востоку от Танаксвиля» - об этом совершенно определённо говорится в саге. Однако здравый смысл взял верх: «И когда это и тем и другим надоело, они назначили встречу для примиренья, заключили мир и обменялись заложниками. Ваны дали своих лучших людей, Ньёрда Богатого и сына его Фрейра, Асы же дали в обмен того, кто звался Хёниром, и сказали, что из него будет хороший вождь. Он был большого роста и очень красив. Вместе с ним Асы послали того, кто звался Мимиром, очень мудрого человека, а Ваны дали в обмен мудрейшего среди них. Его звали Квасир. Когда Хёнир пришел в Жилище Ванов, его сразу сделали вождем». Поэтому должен быть сделан вывод не просто о контактах между асами и ванами, а о контактах тесных и длительных, имевших место в Скифской Скандинавии, расположенной, однако, не «на отдалённых берегах Северного моря», а «на южной половине России». Очевидным следствием таких контактов стало приобретение ванами определителя к своему национальному имени, указывающего на их связь с асами- аланами: их стали называть именем «ван-аланы», дошедшем до нас в форме «ван-д-аланы» (вандалы).

К истории иногда следует подходить, как к математике, в которой, чтобы что-то доказать нужно привести тысячу примеров, а чтобы опровергнуть - один: Вильгельм Рубрук, путешествовавший по Восточной Европе в середине 13 в., писал в своей книге, которая так и называется «Путешествие в Восточные страны»: «Итак, вышеупомянутая область Цезария окружена морем с трех сторон, именно с запада, где находится Керсона (Херсонес), город Климента, с юга, где город Солдаия, к которому мы пристали, он вершина области, и с востока, где город Маритандис, или Матрика (Тмутаракань), и устье моря Танаидского. Выше этого устья находится Зикия, которая не повинуется татарам, а к востоку - свевы и иверы, которые [также] не повинуются татарам». Согласно этому сообщению свевы находились восточнее Зикии, а Зикия, и это достоверно известно, соседствовала с Матрикой (Тмутараканью): «Должно знать, что вне крепости Таматарха имеются многочисленные источники, дающие нефть. Следует знать, что в Зикии… имеются девять источников, дающих нефть», - читаем у Константина Багрянородного. Можно, разумеется, расположение Рубруком свевов к востоку от Зикии объявить его ошибкой, как это в подобных случаях и делается, но обратим внимание на то, что Рубрук абсолютно точен в локализации упоминаемых им географических объектов и невозможно объяснить, почему именно в отношении свевов он допустил такую очевидную оплошность - это во-первых, а во-вторых, есть основания полагать, что Рубрук описал действительное положение вещей. Для того чтобы убедиться в этом, в очередной раз обратимся к «Саге об Инглинах». Важно представлять, что в соответствие с текстом саги и ваны, и асы жили в Великой Швеции (Великая Свидьод - Suidiod): ваны - в устье Танаиса, а асы - к востоку от него. «Великая Швеция» выступает как название, объединяющее различные территории, располагавшиеся к северу от Чёрного моря, и, следовательно, как общее имя народов, на них проживавших: в этом убеждаемся, исходя из того факта, что переместившиеся на север Европы асы назвали новые места обитания также Швецией - Малая Свидьод. Но дальнейшие рассуждения будут, очевидно, непонятны, если мы не сделаем уточнение, касающееся самого этнонима «шведы»: важно понимать, что в том виде, в каком это слово предстоит перед нами, оно является русской транскрипцией древнего названия жителей Свеонии. Указанное, наиболее фонетически близкое к первоисточнику транскрипирование (Suidiod-Сведиод-Шведиод), произошло, по всей видимости, во времена Позднего Средневековья, потому что русские летописи ещё 13-14 вв. знают свеев, а не шведов: «Те варяги назывались Русь, как другие называются Свеи, а другие Оурмани, Англяне, а иные Готы»; соответственно, страна, где проживали свеи, называлась у русских Свеонией. В «Бертинских летописях», которые, кроме прочего, рассказывают о том, что в 829 г. греческий император Феофил отправил посольство к королю франков Людовику Благочестивому, сочетание, которое переведено на русский как «шведское племя» в подлиннике выглядит «eos gentis esse Sueonum». Таким образом, соотнеся сообщение Рубрука о том, что свевы обитали «восточнее моря Танаидского» (Азовского моря, куда впадает Танаис-Дон), с указанием Снорри Сторулсона на то, что по территории Прашвеции (Свеонии) протекала река Танаис, мы можем и должны сделать вывод о том, что прародиной свевов была упомянутая местность, а само определение «свевы» есть одна из прошлых транскрипций того национального имени, которое в современном русском языке звучит как «шведы». Можно привести ещё одно доказательство в пользу приведенных рассуждений. О стране свеонов (Sueonum) на юго-востоке Европы задолго до Рубрука знал Страбон: «К числу народностей, которые сходятся в Диоскуриаду (располагалась на месте нынешнего Сухуми - А.Г.), принадлежат и свеоны, которые превосходят своих соседей могуществом; и, быть может, они почти что самые воинственные и сильные из всех. Во всяком случае, они господствуют над всеми народностями вокруг них, занимая вершины Кавказа, возвышающиеся над Диоскуриадой. У них есть царь и совет из 300 человек, как говорят, они могут выставить войско до 250.000 человек. Действительно, вся народная масса представляет боеспособную, хотя и неорганизованную силу. В их стране, как передают, горные потоки приносят золото, и варвары ловят его решетами и косматыми шкурами. Отсюда, говорят, и возник миф о золотом руне. Некоторые называют их также иберийцами - одинаково с западными (т.е. Пиринейская Иберия сост.) - от золотых россыпей, находящихся в обеих странах. Свеоны применяют для наконечников стрел яд удивительного действия, который своим запахом приносит мучения даже не раненым отравленными стрелами. Прочие народности, живущие около Кавказа, занимают скудные и незначительные пространства земли» (Страбон. География в 17 книгах. «XI, II, 19»). Мы уже привели доказательства тому, что между этнонимами «eos gentis esse Sueonum» (свеоны) и свевы можно провести знак равенства. Кроме того, замечание Страбона, что «некоторые называют их также иберийцами», сравним с таковым у Рубрука о соседстве свевов и иверов: «…выше этого устья находится Зикия, которая не повинуется татарам, а к востоку - свевы и иверы, которые [также] не повинуются татарам». Так ли уж случайно сочетание «свеоны - иверы» у Страбона с подобным «свевы - иверы» у Рубрука при том, что и тот, и другой описывают близко расположенные друг к другу местности, которые в прошлом были одной страной? Страна эта, существующая до настоящего времени и известная как Сванетия, расположена, практически, там, где и располагалась во времена Страбона. Таким образом, свевы - это имя одного из асских (аланских) племён, оставшихся на своих исконных землях. Относительно их соплеменников, перебравшихся на север Европы, имела место ситуация в определённой степени обратная рассмотренной: поскольку новые места обитания они продолжали называть Швецией (Свеонией), со временем этноним «асы» был вытеснен этнонимом «шведы» («свеи, свеоны»).

И ещё один вопрос, связанный с историей алан (асов), должен быть поставлен и предложен для объяснения. Основой этого вопроса является известное сообщение готского историка Иордана о продвижении готов к берегам Азовского моря: «С этого самого острова Скандзы… по преданию вышли некогда готы с королём своим по имени Бриг… Лишь только, сойдя с кораблей, они ступили на землю, как сразу же дали название тому месту. Говорят, что до сего дня оно так и называется Готискандза… Вскоре они продвинулись оттуда на места ульмеругов, которые сидели тогда по берегам океана (Балтийского моря)… Тогда же они подчинили их соседей вандалов, присоединив их к своим победам. Когда там выросло великое множество люда, а правил всего только пятый после Берига король Филимер, сын Гадарига, то он постановил, чтобы войско готов вместе с семьями двинулось оттуда в поисках удобнейших областей и подходящих мест для поселения, он пришёл в земли Скифии, которые на их языке назывались Айум… Отсюда уже, как победители, движутся они в крайнюю часть Скифии, соседствующую с Понтийским морем». Вместе с тем, историк гораздо более именитый, чем Иордан, - Иосиф Флавий считал готов скифами, чем вызвал недовольство Иордана и следующий по этому поводу пассаж: «Иосиф, правдивейший рассказчик анналов, который всюду блюдёт правило истины и раскрывает происхождение вещей от самого их начала, опустил неведомо почему сказанное нами о началах племени готов. Упоминая лишь о корнях их от Магога, он уверяет, что зовутся они скифами и по племени, и по имени». Мы же заметим, что Иосиф Флавий, по той причине, что жил на 5 веков ранее Иордана, не мог ознакомиться с его мнением «о началах племени готов» и имел своё, надо полагать, небезосновательное, несмотря на то, что не знал приведенной упомянутым Иловайским лингвистической последовательности: «Точно также гиты, геты, готы и гуты суть видоизменение корня «гьгя», которое мы сближаем с «кыт» (в названии Скифы). Звук «г», как известно, легко переходит в «к», а букву “с” считаем приставочною в слове Скиты. Что у Греков «Скиты» могло быть видоизменением слова «Геты» или «Гиты» с приставкою “с” по эолийскому произношению, было высказано еще Салмазием, лейденским профессором в XVII веке». Но скандинавское происхождение готов отрицал не только Иосиф Флавий. В комментариях к упомянутой работе Меховского имеется такое замечание: «Что касается существа затронутого нашим автором (Меховским - А.Г.) «готского вопроса», то, несмотря на… преобладание пангерманской трактовки его, исходящей из Иордана, новейшие археологические исследования позволяют наметить иное решение. Мы имеем в виду насыщенную фактами работу В.И. Равдоникаса «Пещерные города Крыма и готская проблема в связи со стадиальным развитием северного Причерноморья» (Готский сборник, Известия ГАИМК, т. XII, вып. 1-8, 1932, стр. 5-106). Анализируя данные последних раскопок в Крыму и сопоставляя их с иными доныне известными материалами, В.И. Равдоникас решительно отрицает происхождение крымских готов из Скандинавии или Прибалтики, а вместе с тем ставит под сомнение и этническое единство готов вообще и старую методологию в решении готской проблемы». Следовательно, «этот самый остров Скандза», из которого «по преданию вышли некогда готы с королём своим по имени Бриг» и «Скифская Скандинавия» Павла Диакона были «древней Скифией в ее тесном смысле, то есть южной половиной России» или, по Иордану, «крайней частью Скифии, соседствующей с Понтийским морем». Но тогда к истории готов следует подходить с той же позиции, что и к истории асов, обитание которых на севере Европы стало результатом миграции с юго-восточных её окраин, а отсюда уже и недалеко до вывода о том, что готы пришли в Малую Свеонию (Северную Скадинавию) вместе с асами. А может быть это разные имена одного и того же народа?

После прочтения этой стати у читателя может сложиться впечатление о «паналанстве» автора. Но автор ни имеет отношения к аланам ни по национальной принадлежности, ни по месту жительства, ни по месту работы. Приведенные рассуждения стали результатом только анализа и сопоставления сообщений, представленных в исторических источниках. Излишне повторять известное: мерой любой гипотезы, в том числе (а может быть, прежде всего) исторической, является количество разрешённых ею противоречий: иными словами то, насколько больше она объясняет по сравнению с другими, предметно родственными ей. Выводы Д.И. Иловайского, что «имя Скифии перенесено было на отдаленные берега Северного моря, с этими берегами смешались воспоминания о Скифии, как о древнем отечестве, и летописцы начали эти воспоминания приурочивать преимущественно к Скандинавии», накладываясь на убеждение Г.В. Вернадского «о последовательности этнического и расового напряжения» и на то предположение Тура Хейердала, что предки нынешних норвежцев, датчан и шведов в древнейшие времена проживали в районах Северного Причерноморья и Кавказа под именем асов, и отсюда они в середине 1 в. н.э. переместились на север Европы, предводимые вождём, которого звали Один, становятся составляющими той формулы, с помощью которой можно будет получить ответы на многие, уже несколько веков существующие вопросы, связанные с образованием европейских наций. Всякий этнос с течением времени разделяется на этнические группы (племена), поскольку внутри самого этноса имеют место различные условия существования. Разделение на племена у асов имело дополнительную причину: уход их части из исконных мест обитания на новые. Несомненно, что такому решению предшествовали серьёзные разногласия, в значительной степени ускорившие процесс разобщения этноса, в результате чего появление на исторической сцене таких народов как аланы, вандалы, свевы, готы не связывали с асами. Впервые национальное имя «аланы» упоминается у Иосифа Флавия и Страбона в работах, относимых к 1 в., то есть к тому (повторимся), указанному в «Саге об Инглинах» времени, когда, ведомая Одином, часть асов покинула Северное Причерноморье. То мнение, что Страбон опирался на более ранние источники (2 в. до н.э.) является предположительным и никак не связано с аргументами в пользу гораздо большей, чем рубеж эпох, древности этноса «асы». Зафиксированное в исторических хрониках продвижение перечисленных племён (в данном случае на запад) было сродни таковому у, например, аваров, гуннов, монголов. Но если даже ставить появление алан в Центральной Европе в зависимость от гуннского нашествия, то это будет также относиться и к этнически близким к ним вандалам и свевам, что делает понятным и причину образования, и продолжительность алано-вандальско-свевского союза, участники которого, пожалуй, единственные в мировой истории, кому удалось преодолеть всю Европу с востока на запад и закрепиться на её крайней западной оконечности.